22 Октября, Воскресенье

Оптимизация сайта: оптимизация сайта в москве.

Андрей Миронов: «От сердца к сердцу мост…»

  • PDF

25 лет назад, утром 16 августа 1987 года, в рижской больнице «Гайльэзерс» умер выдающийся артист Андрей Миронов. Для многих вспоминать этот факт не то что болезненно, но больно. Но вспомнить надо.

В советские годы это было в норме вещей – каждый год в июле-августе в столицу Латвийской ССР приезжал какой-нибудь московский театр. Он давал гастроли в течение месяца. При этом именитая труппа представляла, как правило, весь свой репертуар.

В 1986-м, например, приезжал «Современник», в 1987-м – Театр сатиры. По всему городу были развешены афиши, на которых ярко выделялась красным цветом огромная буква «С», с которой начиналось название театра. Более того: гастроли проходили одновременно и на сцене Театра русской драмы. В те времена там была большая стеклянная витрина, на которой были выставлены фрагменты из спектаклей. Запомнилась фотография: Миронов сидит на сцене в образе Лопахина из «Вишневого сада» Чехова…

А еще в те дни, 5 августа, на три часа пополудни была назначена запись интервью для Латвийского ТВ, в котором участвовали ведущие артисты театра – были все, кроме Папанова (еще никто не знал, что в это время он умер в своей квартире). Это было последнее интервью Миронова, которое… не сохранилось.


Photo

Как рассказал мне уже позднее журналист ЛТВ Андрейс Волмарс, который и вел ту встречу, запись смыли. Беседа проходила в бельэтажном зале Оперы, и на вопрос, а где Папанов, Аросева ответила, что он приехать должен вечером, у него вот как раз спектакль: «А так у него съемка одного интересного фильма…» Миронов часто курил. «А это сигареты какой фирмы вы курите?» – спросил Волмарс. «Мальборо», – спокойно ответил Миронов. Это был, конечно же, яркий момент.

Вечером того дня должен был идти спектакль «Рыжая кобыла с колокольчиком» Иона Друцэ с Папановым, но он не состоялся. Из репертуара слетела пара спектаклей, в которых был занят великий артист. Вместо этого давали творческие вечера Андрея Миронова. Он исполнял монолог Хлестакова из «Ревизора» Гоголя, обращаясь к навсегда ушедшему Городничему!

А потом наступило 14 августа. Миронов поехал в Ригу из санатория «Яункемери» на «Женитьбу Фигаро», по пути заглянул на дачу к Раймонду Паулсу в Асари. Паулса и Миронова в те годы вообще объединяли теплые чувства,особенно после записанного в стенах Латвийского радио в 1984 году альбома «Старые друзья». Все билеты на легендарный спектакль по пьесе Бомарше были, разумеется, проданы. Но моя мама в те годы была скрипачкой Латвийской оперы, так что я, 15-летний, вместе с ней прошел через служебный ход.

Первое отделение смотрел стоя в бельэтаже. Второе – уже из оркестровой ямы. Там еще сидела какая-то блондинка. Буквально за несколько минут до окончания спектакля Фигаро – Миронов сказал: «Теперь она отдает предпочтение мне…» и, взявшись за голову, стал вдруг почему-то уходить в левую дальнюю кулису. В принципе, никто ничего не понял. Хотя я отчетливо услышал тихую фразу Альмавивы – Ширвиндта, обращенную в закулисье: «Занавес».

Занавес неспешно закрылся, в зале включили свет. Молчание стояло секунд десять, а потом раздались… аплодисменты. Сидевшая рядом блондинка с воскликом: «Андрюше плохо!» быстро побежала за кулисы. Вместе с мамой я устремился за ней. Ее пустили за кулисы, нас – нет.

Был слышен крик Ширвиндта: «Никого не пускать!» Мы остались в коридоре у сцены. У стенки стояла ошарашенная графиня Альмавива с веером – замечательная артистка Валентина Шарыкина. Мама спросила: «Что с Мироновым?» Шарыкина сказала: «Я ничего не понимаю. Это впервые так…» Через пять минут мы вышли из служебного входа. Снаружи уже стояли десятки зрителей: «Что с Мироновым?» Подъехала карета скорой помощи. Из нее вышел толстый важный водитель, покачивая бедрами: «Товарищи, товарищи! Идите-ка вы по домам. Никогда не видали, что ли, как человеку плохо становится?» В полнейшей тишине ему ответил высокий мужчина, державший под руку онемевшую спутницу: «Попробуйте сделать так, чтобы мы вас полюбили, как Миронова. Знаете, когда вам станет плохо, я думаю, к вам никто не придет…» Водитель без слов вернулся за руль.

Через некоторое время скорая помощь неожиданно двинулась назад. Дело в том, что вынесли бессознательного Миронова, но не из служебного входа, а с дальнего, бокового, который вел прямо на сцену. Обычно через этот вход грузили в большие машины декорации. Думается, тут не надо никого корить, дескать, какое неуважение к артисту. Просто это был самый краткий путь к скорой помощи. Миронова вынесли с кислородной подушкой на лице. Он был явно без сознания, оголенный по пояс. На груди артиста были какие-то прозрачные медицинские трубочки… Через пару секунд машина понеслась в больницу «Гайльэзерс». Публика стала расходиться. Было около 11 вечера. Через десять минут я стоял с мамой на троллейбусной остановке вместе с оперной певицей Ангелиной Воляк.

Расставаясь, Ангелина сказала просто: «Не следует сильно волноваться. Его спасут».

15 августа, на следующий день после трагического «Фигаро», я увидел, как в фойе рижской Оперы стояла безмолвная и неподвижная Лариса Голубкина, обняв дочь. Все чего-то ждали… Запомнилась доска объявлений, которая была вся усыпана телеграммами от различных театров и союзов театральных деятелей: «Выражаем соболезнования в связи с уходом из жизни великого артиста, народного артиста СССР Анатолия Дмитриевича Папанова». Ярко выделялась телеграмма «ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ». А во внутреннем дворике Оперы стояла роскошная иномарка. Мироновский «мерседес».

А я в этот день уезжал с мамой в дом отдыха театральных работников «Рукиши», что в Мурьяни. 16 августа утром сидел с ныне покойной Тамарой Витиней, нашим известным хореографом и некогда директором Рижского хореографического училища. Это было сразу после завтрака, часов в десять утра. Зазвонил телефон. Тамара произнесла спокойно и торжественно в трубку: «Господи, какое несчастье. Когда? Полчетвертого утра…» Тишина. В это трудно было поверить, поэтому в девять вечера все сели в центральном холле смотреть программу «Время». Но ведущие ничего не сообщили.

Потому что Андрей еще не успел стать народным артистом Советского Союза, а только о смерти артистов с таким званием объявляли в главной телепередаче страны. Но поздно вечером начиналась очередная, набирающая обороты программа «До и после полуночи». В кадре появился Владимир Молчанов и на одну шестую потрясенной суши коротко сказал, что Андрея Миронова с нами больше нет. Через секунду в кадре появился Миронов, он пел:

Падает снег на пляж,

и кружатся листья.

О, колдовской мираж!

Взмах волшебной кисти!

Танец звезд…

радуги живой мост…

От сердца к сердцу мост…

От сердца – к сердцу…

Публикация газеты «ЧАС»
Читайте также:
Вслед за великолепной Кристиной Ополайс, отказавшейся участвовать в юбилейном концерте в Опере из солидарности с Андрейсом Жагарсом, свое мнение о ...
В социальной сети Facebook появилась платформа Grende — atkApies, создатели которой призывают к отставке министра культуры Жанете Яунземе–Гренде. Уже с ...
Какой может быть акция протеста театра? Естественно, театрализованной. На прошедшей в Риге церемонии Spēlmaņu nakts, посвященной раздаче театральных премий ...
Называется спектакль Vosorys saulgriz u burvesteibys. В дословном переводе – «Волшебство летнего солнцестояния». Если не догадались, это комедия «Сон в летнюю ночь».
О картинах Дайлиса Рожлапы говорят: они узнаваемы. Между тем живопись – всего лишь хобби мастера. Главное дело его жизни – художник театра и кино. Но оба ...
Премьера юбилейного, 130-го сезона в Рижском Русском театре им. М. Чехова, первая с актерами труппы, получилась во всех смыслах яркой. Как и обещал главреж ...
.