18 Ноября, Суббота

Косой и молотом

  • PDF

11_pad-latvija-gerbСоветская Латвия, первое издание

История Латвийской Социалистической Советской Республики — именно так официально именовалось появившееся в конце 1918 года политическое образование — в новейшей ЛР замалчивалась. Уж очень не вписывается она в официальную доктрину всеобщего воодушевления, охватившего народ 18 ноября того же года. Потому книга Яниса Шилиньша «Советская Латвия. 1918–1919», недавно изданная Обществом исследования и популяризации истории, особенно интересна.

Реэкспорт большевизма

4 декабря 1918 года официально было образовано правительство СовЛатвии. При его «родах» в качестве повивальной бабки выступал народный комиссар национальностей РСФСР Иосиф Сталин. Будущий «отец народов» настаивал, чтобы латышские большевики поскорее сформировали свои исполнительные органы. И не в форме автономии в составе Советской России, а именно как отдельная республика. Кстати, Я. Шилиньш пишет в введении к своему труду: «Государственность Советской Латвии важна в контексте латвийской истории».

Состав первого правительства СовЛатвии был исключительно моноэтническим. Хотя приехали все товарищи из Москвы. Робертс Эндрупс (комиссар финансов и продовольствия), Аугустс Берце (комиссар снабжения), Карлис Петерсонс (военный комиссар), Юлийс Данишевискис (зампред правительства), Янис Ленцманис (комиссар внутренних дел), Янис Шилфс (секретарь правительства) и во главе председатель Петерис Стучка. Вполне могло получиться так, что правительство провозгласили бы — как настойчиво советовал Сталин — на станции Торошино, железнодорожной линии Псков — Петроград. В то время этот небольшой населенный пункт находился на демаркационной линии разграничения войск Германии и Советской России. Но декларация новой власти прозвучала 17 декабря в городке Валка, так как ее заняли именно латышские стрелки. 50 тысяч прокламаций напечатали на латышском языке, 20 тысяч на русском и 10 тысяч на немецком. Интернационализм был показным — немцев красные комиссары ненавидели всеми фибрами души и даже членов партии считали шпионами.

11_pad-latvija

Снабжение

Первое свидетельство о материальной помощи красным латышам: от Народного комиссариата по военным делам РСФСР они просят 5 пудов (80 кг) черной икры. Причем дата документа — 18.11.18. Неужто событие в Риге отметить?

Русские на латышской войне

В конце 1918 года целый ряд городов Латгалии перешли под власть красных — 22 ноября заняли Зилупе, 27 ноября — Пыталово и Резекне, 28 ноября — Лудзу. Почему такой черепаший темп? Потому что боевых действий фактически не было. Власть менялась постольку, поскольку эвакуировались разложившиеся под влиянием произошедшей на родине революции немецкие части. С востока наступало образование красных, именовавшееся Западной армией. О ее потенциале свидетельствуют данные личного состава Псковской дивизии: 783 штыка, 2 кавалерийских эскадрона, 61 пулемет и 8 орудий. Этнический состав был русским.

Но русские–то были и с другой стороны! Добровольческий Северный корпус, который создавался под патронажем немцев с октября 1918 года в Даугавпилсе и Резекне (Двинске и Режице), насчитывал 4,5 тысячи человек и 30 орудий. «Латыши держались отрицательно к возможности формировать свои войска под немецким покровительством», — указывает Я. Шилиньш.

Потому самой тяжелой гирькой на весах стали красные латышские стрелки, которых отозвали с фронтов российской Гражданской войны и перебросили в родную Латвию во главе с авторитетным военачальником Юкумсом Вациетисом. Экс–полковник русского Генерального штаба наметил три линии наступления: Псков — Валка — Рига — Тукумс — Вентспилс, Резекне — Крустпилс — Елгава –Лиепая, Даугавпилс — Паневежис — Лиепая. По ходу не мешало бы советизировать и Литву.

В Латвию вошли шесть полков латышских стрелков — с 1–го по 4–й, 6–й и 10–й. Немцы фактически не сопротивлялись — подчинялись уговорам — более того, их делегаты присутствовали на сходке латышских социал–демократов в Москве! Боестолкновение отмечено 18 декабря у Огре, но в нем участвовала укомплектованная русскими 2–я Новгородская дивизия. Видимо, среди ее воинов не было владевших языком Шиллера и Гете — пришлось пострелять.

26 декабря произошел бой красных латышских стрелков у Лигатне с немецким 3–м добровольческим батальоном. Самое же серьезное сопротивление было оказано большевикам у Инчукалнса на Новый год. С 31 декабря по 1 января 2–й латышской бригадой Яна Фабрициуса было потеряно 70 убитыми и 150 ранеными. На другой стороне были убиты 34 человека. Плечом к плечу со вчерашними противниками — немцами — защищали от красных Ригу солдаты русской роты и конный отряд полковника Михаила Афанасьева численностью 150 человек.

«На фронт не отправилась ни одна сформированная в Риге латышская рота, — пишет Я. Шилиньш, — ибо вечером 29 декабря после приказа об отправке на фронт начались волнения в 1–й Рижской охранной роте. Волнения удалось подавить оставшимся в Риге подразделением Ландесвера (ополчение из местных немцев. — Прим. Н. К.) и с помощью огня артиллерии английских военных кораблей. Арестованы были 2 офицера роты и 191 солдат, десятерым из которых по приговору военного суда 31 декабря был исполнен смертный приговор».

Это уж целый мятеж. «И в остальных латышских ротах было заметно нежелание воевать против стрелков, хотя их участие в бое при Инчукалнсе, возможно, позволило бы отбить наступление Красной армии и задержать падение Риги». Но не горел народ желанием защищать свежеиспеченную независимость. Я. Шилиньш: «Из примерно 1400 солдат Временному правительству лояльными остались только 436, которые были объединены в Офицерскую резервную, Цесисскую и Студенческую роты. Остальные разбежались или перешли на сторону большевиков».

11_pad-latvija1

Красные пришли, экспроприируют

Рижские большевики тоже не сидели без дела. Справив Новый год, уже 2 января 19–го года они приступили к нападениям на городские учреждения. Количество вооруженных револьверами и винтовками боевиков оценивается в две сотни. В стычках у вокзала, в порту, у II Рижского театра (ныне Национального) были убиты два десятка боевиков. 3 января к ним присоединилась братва из Централа — тюрьму покинули 600 арестантов.

В 2 часа пополудни 3 января в Ригу не спеша въехали конные разъезды латышских стрелков. Во второй половине дня на вокзал прибыл эшелон 6–го латышского полка. А в 3 часа ночи 4 января на экспроприированном у немцев бронепоезде со стороны Юглы (мост через реку был взорван, и комиссары переправлялись на лодках) приехало правительство Стучки.

В первые дни в Риге была сформирована рабочая милиция. В ней было много женщин–коммунисток, что для 19–го года было диким. Латышский разговорный обогатился словом plintniece — «баба с ружьем». Они как раз были самыми безжалостными. Начались массовые аресты и обыски. Люди все чаще стали видеть символику новой власти — перекрещенные косу и молот. Впереди — выселение 20 тысяч буржуев, преимущественно немцев, холодным мартом, на острова Закюсала и Кундзиньсала; расстрелы ревтрибуналами около 1000 человек; cоздание концлагерей.

Зловещая символика довольно скоро вызвала массовое отторжение. И книгу «Пять месяцев Советской Латвии» П. Стучка выпускал в 1919 году уже во Пскове. А как бодренько все начиналось.

Читайте также:
Как небольшая североевропейская страна была наказана за свою "абсурдную языковую политику"
Читайте Булгакова, чтобы понять, что происходит на майдане
В Первую мировую войну генерал Плеве на два года отсрочил падение Риги
Он бы и Австралию к Курляндии присоединил!
(Окончание. Начало в № 5 от 9 января.)
Из сумерек истории
.