18 Декабря, Понедельник

Главный Захар России (Окончание.)

  • PDF

13_prilepin"Гагарин потому и полетел первым в космос, что знал наизусть «Анну Снегину», — уверен Прилепин

На встрече с читателями в рижской библиотеке Задорнова Захар Прилепин — один из главных современных русских писателей — рассказал о том, почему он не любит либералов и Путина, какие книжки надо прочитать, чтобы ориентироваться в нынешнем мире, и зачем вообще нужна литература.

«Европы, в которую мы стремились, больше нет»

— Мне кажется, что сегодня Европа, белая нация, «золотой миллиард», переживает кризис европейской цивилизации. В ближайшие 100 лет будут происходить вещи, о которых не писалось и в самых страшных антиутопиях. А тем временем в России мои коллеги по политической оппозиции еще верят, что есть какая–то Европа, куда надо стремиться, что можно построить жизнь «как в Европе». Но это Европа мифологическая, этой Европы человеколюбия и всеобщего благоденствия уже нет.

Рынок как самоорганизующаяся структура, принципы рентабельности, политкорректности — вера во все эти вещи сегодня имеет религиозный толк. Но я только что вернулся из Италии, она находится в глубочайшем даже не экономическом — духовном, метафизическом кризисе. Я за два года был в Италии раз восемь, и с каждым разом у них лица все печальнее и печальнее, глаза все ниже и ниже. И все мои разговоры с итальянскими коллегами и друзьями сводятся к одному: «Захар, мы видим, как сама система загоняет нас в тупик, но у нас нет левой радикальной партии, и мы не можем выступить против этого порядка вещей». Те же самые процессы и ощущения нарастают в Греции, в Польше — везде.

А в России принято считать, что это из–за плохого Путина невозможно построить такую же жизнь, как в Европе. Но отсутствие плохого Путина не сделало Молдавию, Украину да и Прибалтику более счастливыми. Есть какой–то порядок вещей, в который мы пытаемся вписаться, а вписаться туда невозможно. Не может вся планета войти в состав «золотого миллиарда». Даже когда Южная Корея туда заскочила, оттуда немедленно выпала Аргентина — эта лодка не может вместить такое количество людей, а тем более вместить огромную Россию. А сейчас этот «золотой миллиард» даже внутри себя начинает съеживаться как шагреневая кожа. Вот сейчас у украинцев появились иллюзии, что они скинут плохого Януковича и их встретят в Европе с распростертыми объятиями…

— Но ведь и вы критикуете Путина, в чем тогда смысл этой критики?

— Путин в России занимает тем, что Троцкий называл славянофильским шарлатанством. Он выдает внешнюю картинку своей деятельности, которая позволяет его ассоциировать с российским монархом, с генсеком. Он делает вид, что «пасет народы», являясь при этом законченным социал–дарвинистом и неолибералом. А тем временем в России происходят ровно те же реформы, что и в любой восточноевропейской стране — в системе образования, здравоохранения, ЖКХ. Путин законченный западник, и вся его команда состоит из либералов. Это главный парадокс нынешней России — противоречие между царственной, державной и патриотической риторикой и неолиберальной, я даже скажу — латиноамериканской практикой. Которая во главу угла ставит не социальное обеспечение населения, а совершенно другие вещи.

В этом смысле я против Путина не потому, что я либерал, а как раз потому, что я антилиберал. Высшая стадия неолиберализма — это свобода денег, но вовсе не свобода слова и человека. Западные представления о России как о стране, где Путин в свободное время лично отстреливает журналистов на улицах, — они, мягко говоря, не совсем верны. Сегодня можно написать в книгах и спеть в песнях практически любые вещи. Набрать в Интернете любую фамилию из окружения Путина и прочесть на него компромат. Да, проблемы с гражданскими свободами есть, но не они сегодня определяющие для страны.

— А какие?

— Отношения власти к финансам России. Страна втянута в мировые финансовые, политические и прочие спекуляции и махинации. В России 90% производственных активов находятся в офшорах. Большинство европейских стран плюс США вступили в соглашение о прозрачности офшоров. Путин отказался. Потому что тогда выяснится, что, видимо, очень серьезная часть российской властной элиты является ведущими офшорными игроками мира. И совершенно очевидным образом выводит деньги за пределы страны. И являются элитой уже не российской, а международной или компрадорской.

«России нужна новая аристократия»

— Назовите пять российских писателей, книги которых стоит прочитать, чтобы ориентироваться в современном мире?

— Хороший вопрос. Потому что у современного человека создается ощущение, что он живет в век информации, что он все время ее потребляет, узнавая что–то новое из телевизора, из Фейсбука, из ленты новостей в Интернете. И зачем ему литература? На самом деле есть такая фраза: мы знаем все больше и больше о все меньшем и меньшем. А любой качественный литературный текст полезнее для осознания действительности, чем 265 часов в Фейсбуке.

Прочтение прозы Михаила Тарковского, переехавшего в деревню на Енисее из Москвы, даст вам для понимания процессов в России больше, чем прочтение тысячи московских блогов. Это вообще наша беда, что в России все тренды — политические, социальные, культурные — определяет средний класс, «креативный класс», который живет в крупных городах и общается в пространстве социальных сетей. Я не хочу их обидеть, но, по сути, главная их функция — это не производить, а потреблять. Все эти пиар–компании, консультационные агенства, глянцевые журналы… По сути, государство вообще могло бы сказать: ребята, кончайте ерундой заниматься, будете получать деньги просто так и делать оборот по потреблению.

Но при этом именно этот непроизводящий класс является сегодня главным субъектом, определяющим будущее России. Не пролетариат, которого в России, как ни странно, сегодня даже больше, чем до революции 1917 года. Не техническая интеллигенция, не военные, не гуманитарии из научных школ. Только «креативный класс». Но эти люди не могут нам объяснить, кто мы такие и что нам делать еще, кроме как потреблять. А Россия нуждается в создании новых иерархий, новой аристократии — не из шоу–бизнеса, а аристократии труда, аскезы и доблести. Вот три вещи, на которых всегда держалась Россия. Нам нужно слышать голоса ученых, военных, многодетных отцов, необходим колоссальный социальный переворот, чтобы эти люди определили будущее России. Сейчас этого нет ни в каком виде, а есть аристократия, которая сама себя нам навязала в этом качестве.

И вот есть Михаил Тарковский, бородатый русский мужчина с огромными руками, который пошел по пути Фокнера. Он живет в деревне, описывает своих соседей, и через эти психотипы вдруг становится понятно, что есть русский человек. В Москве, в офисной круговерти, где всем кажется, что только они там занимаются важными делами, и где вращаются 90% писателей, этого не поймешь.

— А еще кто?

— Олег Ермаков, у него сейчас вышла книга «Афганская флейта». Она сделана на бунинском, набоковском, распутинском изящном русском стилистическом уровне. Совершенно неожиданную вещь «Немцы» написал Александр Терехов. Догадываюсь, что он работал в администрации Лужкова и наблюдал все эти игры и схемы изнутри. Можно написать про это в стиле «Большой пайки» или «Распила» — и выйдет чудовищная дрянь. А он нашел подход, который ужасает куда больше, чем любой Салтыков–Щедрин, и рассказывает про Россию куда больше, чем ворох любого компромата, потому что к компромату мы уже привыкли, ничем не удивишь, все мы уже прекрасно понимаем, сколько воруют… Но Терехову удалось показать внутреннее безумство нынешнего пространства. Алексей Иванов, по роману которого снят «Учитель глобус пропил». Дмитрий Быков — его роман «Орфография» мне нравится чуть меньше, роман «Оправдание» нравится очень сильно. «ЖД» не нравится категорически…

Еще раз повторю. Когда я писал биографию Леонова, то читал газеты начала XX века, 1920–х — это безумно интересно. И все же если хочешь понять все время целиком, то лучше прочитать «Тихий Дон», или «Анну Каренину» про Россию 1870–х, или «Капитанскую дочку» про Россию екатерининскую. Ты сразу погружаешься в весь контекст времени. Литература парадоксальным образом дает для этого куда больше возможностей, чем любые мемуары и исторические исследования, даром что у Льва Толстого в «Войне и мире» и Алексея Толстого в «Хождении по мукам» есть колоссальное количество ошибок. И все равно они дают более подробный и серьезный портрет времени, точно так же как «Немцы» Терехова дадут читателю представление о времени куда лучше, чем вся публицистика вместе взятая.

— Но вы ведь и сами активно занимаетесь публицистикой, пишете колонки чуть ли не во все глянцевые российские журналы. Зачем же?

— Потому что есть вещи, которые я никогда не буду описывать в прозе, темы сиюминутные и нелюбопытные для литературы. Например, про либеральную интеллигенцию, про Аллу Пугачеву… Вот пример: мы с женой попали на шоу трансвеститов в Таиланде. Огромные двухметровые мужики, из которых гвардию можно формировать, танцуют плохо, криво, никак… А в зале сидят две трети русских, и вдруг я вижу, что наши–то возбудились, хлопают, радуются. И я понял, что они ощутили себя на рождественской встрече Аллы Пугачевой, с Киркоровым, Моисеевым, Галкиным — снова дома, на сцене все свои! Буду я писать про это прозу? Нет, конечно, но и молчать не могу.

Стихи и космос

— Скажите, почему сегодня читают гораздо меньше, чем в СССР?

— В советские времена было моветоном сказать: а я вот не читал новых Стругацких, нового Распутина, не слушал Окуджаву. Чтение было признаком того, что ты вписан в интеллектуальный слой общества. А сегодня принято бравировать: а я ничего не читаю, кого читать–то? Сумасшедших стариков Проханова с Лимоновым? Пелевин исписался, Быков надоел. И так человек себя приподнимает, ему кажется, что культурный человек нынче не тот, кто читает, а тот, кто всех свысока презирает… Еще одно оправдание: я не считаю, потому что у меня и так насыщенная жизнь. А у Менделеева, у Леонардо да Винчи, у Сталина, Ленина — это все маниакальные читатели были — у них, видимо, не такая насыщенная жизнь, как у тебя, Вася, была. Им нечем заняться было?

На самом деле вся мировая цивилизация построена людьми гуманитарного знания. Даже Быков 1990–х с их золотыми цепями и «мерседесами» быстро снес другой класс управленцев, худо–бедно имеющих высшее образование, что–то читающих, способных запомнить текст. А их вытеснят другие люди — на еще более высокой стадии гуманитарного развития. Посмотрите, когда в России шла череда митингов — на Болотной их возглавляли писатель Быков, Кашин, публицист Парфенов. А митинг на Поклонной — писатель Проханов, Поляков, публицист Кургинян. А третий митинг организовывал писатель Сурков. Это борьба писателей, которым серьезное число людей передоверило свои функции. Это люди, «отвечающие за базар» и определяющие действительность.

Я в серии ЖЗЛ прочел биографию Юрия Гагарина и узнал, что он знал поэму Есенина «Анна Снегина» наизусть. Я не знаю, как это доказать, но для меня очевидно: он не полетел бы первым в космос, если бы не знал ее наизусть. Другие космонавты были, может, более спортивными, более правильными, не курили. Но он знал «Анну Снегину»…

Мой совет всем: перед сном почитайте два стихотворения вместо 30 минут сериала. У вас уровень внутренней гармонизации сразу повысится. А еще лучше почитать ребенку, это сразу выведет вас в совершенно другой регистр.

Наблюдения героев Прилепина

«Отец кaк–то скaзaл Новикову, что первaя половинa совместной жизни мужчины и женщины — это кромешнaя борьбa: мужчинa борется с женщиной, чтоб онa остaлaсь кaкой былa, женщинa борется с мужчиной, чтоб он нaконец изменился.

— А вторaя половинa? — поинтересовaлся Новиков, усмехaясь (он то ли ничего не понял, то ли не поверил; скорее, первое, хотя сaм решил, что второе).

— Вторaя половинa бывaет только у тех, кто решил смириться. Мужчинa с тем, что тaкой, кaк в прошлом, женщинa уже не будет, и незaчем ждaть, a женщинa с тем, что мужчину не изменишь и придется пользовaться тем, что есть».

Захар Прилепин, «Допрос».

Читайте также:
Известный юрмальский сатирик впервые посетил издательский дом Vesti и дал эксклюзивное интервью "Вести Сегодня"
Анита Гаранча о знаменитой дочери, терниях профессии оперного певца и счастье бабушки
Маэстро Паулс не теряет форму в свои 78 лет
Вчера, в четверг, стартовала программа столицы культуры Европы, которой наша Рига становится на весь нынешний год.
Современный латышский писатель Освальд Зебрис — о времени и о себе
Режиссер Галина Полищук со своей "Театральной обсерваторией" обрела сегодня пристанище ближе к солнцу — на последнем этаже жилого дома на Марияс, 20.
.