21 Сентября, Четверг

Он из джаза

  • PDF

В эту среду, 28 ноября, в Первой студии Латвийского радио состоится концерт «Драгоценности в джазовой оправе», посвященный творчеству выдающегося аранжировщика и композитора Виталия Долгова, жившего в Латвии. В этом году ему исполнилось бы 75 лет.

Жизнь продолжается в музыке


Это имя знают все знатоки джаза. Написанные им джазовые композиции и аранжировки исполняют джаз-бэнды разных стран. В 60-е годы именно аранжировки принесли Виталию Долгову известность в Советском Союзе, а позже и в других странах, в том числе на родине джаза, в США.

Пять лет назад его не стало, но живы его музыка и блистательные аранжировки джазовой классики. Их не просто много, а очень много. Знаменитый джазовый саксофонист Игорь Бутман всегда включает их в программы своих концертов, а сразу после смерти Долгова дал в Москве концерт, посвященный его памяти. Сочинения исполняют латвийские джазовые музыканты, звучат они и в радиоэфире. В свое время Долгов сделал много аранжировок для Раймонда Паулса и Олега Лундстрема. Имя аранжировщика не указывалась на афишах и звуковых носителях: пластинках, бобинах, кассетах. Тем не менее его знали. Люди и сегодня помнят его и восхищаются его талантом.

Инициатором концерта в Первой студии Латвийского радио выступил руководитель джазового оркестра Mirage Jazz Orchestra Лаурис Амантовс. 37-летний поклонник таланта Долгова включил в программу яркие композиции и аранжировки последнего, в том числе те, что еще никогда не исполнялись. «Аранжировки Долгова уникальны: с ними легко работать, они ложатся на любой инструмент», – говорит Амантовс.

Придут на этот концерт вдова и дочь Виталия Долгова. Мало кто из работников нашего издательского дома знал, что менеджер по рекламе Татьяна Доля, работающая в «Петите» много лет, дочь джазовой знаменитости, и именно ей принадлежат права на творческое наследие отца. Она это не афишировала, а накануне концерта скромно попросила помочь с анонсом мероприятия. Чтобы люди узнали об этом событии и музыканты играли не для пустого зала.

Дочь Долгова об отце


Мы решили не ограничиваться скупыми обезличенными строками, а поговорить с Таней о ее отце. В Интернете о нем нет практически никакой информации, хотя его имя значится в Википедии в общей статье о джазе (в подразделе «Джаз в СССР и России»). В ней упоминается о Рижском эстрадном оркестре (РЭО) и плеяде «талантливых аранжировщиков и солистов-импровизаторов, чье творчество вывело советский джаз на качественно новый уровень и приблизило к мировым образцам». Если ввести в Google латышское написание имении фамилии, то мировая паутина выведет на британский сайт BBC Music. Но ни там ни там нет биографии Виталия Долгова, хотя и тот и другой интернет-ресурс заинтересованы в ней.

– Таня, ты, наверное, выросла на джазе?

– В нашем доме постоянно звучал джаз. Я впитала его в себя с детства – другой музыки у нас я просто не слышала. И не полюбить джаз было просто невозможно. Папа слушал его по радио «Голос Америки», на пластинках и пленочных носителях, компакт-дисках. Любил слушать Рэя Чарльза и других звезд американского джаза. По молодости он играл на саксофоне и фортепиано. Но большую часть жизни писал аранжировки и собственные композиции.

– Расскажи, как отец это делал.

– Папа был самоучкой, талантом от бога. После службы в армии (его призвали в родном Казахстане, а направили служить в Лиепаю) он учился в Лиепайском музыкальном училище – вот и все образование. Музыка была у него в голове, и чтобы сочинять, ему не нужны были музыкальные инструменты. У нас стояло старое, антикварное пианино. Совершенно расстроенное. Я как-то предложила вызвать наконец настройщика. Тот пришел и не мог поверить, что инструмент в таком плохом состоянии стоит в доме музыканта. Но папа лишь наигрывал на нем аккорды. Как они звучали на этом пианино, ему было не важно. Он слышал свою музыку и переносил ее на ноты. Работал папа с утра и до вечера. Мог встать в три или четыре часа утра. Садился и писал. Все музыканты, которые с ним работали, называли его гениальным.

Как это ни грустно, но о том, насколько папа был гениален, мы с мамой узнали только после его смерти. Он был скромным человеком. Жил в Риге, но работал в основном в Москве: сначала в оркестре Олега Лундстрема, потом вместе с Игорем Бутманом. Постоянно ездил туда – обратно. Для него существовали только джаз и семья. Мама была его музой. Он не написал бы столько, если бы не поддержка жены. Москва была для работы, Рига – для жизни, и он всегда с нетерпением возвращался домой после репетиций в другом городе.

– Права на произведения отца перешли к тебе?

– Да, но права на аранжировки у нас не оплачиваются. Автором считается композитор, но обработать музыку ничуть не легче, а порой даже сложнее, чем ее написать. AKKA/LAA перечисляет очень скромные деньги за звучание папиных композиций в Латвии. В России ситуация с защитой авторских прав еще хуже. Когда Игорь Бутман давал в Москве концерт памяти отца, он нам с мамой передал несколько тысяч евро в качестве авторских.

– Джаз считается музыкальным деликатесом…

– Да, это как изысканная еда для гурманов. Только они могут оценить вкусовые тонкости приготовленного блюда. К сожалению, настоящий джаз может оценить узкий круг людей – те, кто любит эту музыку, понимает ее и чувствует. Обычный человек с улицы на джаз не пойдет. Это не попса. Студия Латвийского радио – очень маленькая, и все же я переживаю, соберет ли Лаурис зал. Но я рада, что этот концерт состоится. Впервые в Риге – городе, который отец считал родным и в котором прожил 46 лет. Здесь он играл и импровизировал на саксофоне в Рижском эстрадном оркестре Эгила Шварца, уже как аранжировщик сотрудничал с оркестром Латвийского радио и телевидения под управлением Алниса Закиса. В Риге и раскрылся его талант аранжировщика.

Помню, как на одном из концертов оркестра Лундстрема зрители кричали: «Долгова на сцену!». А папа в это время был дома – свою работу он сделал: прорепетировал с оркестром и отправился отдыхать. Приятно, что папу помнят и ценят его работу. Недавно в Национальной опере давал юбилейный концерт Игорь Бутман. Мы подходим с мамой к театру и случайно слышим, как один мужчина говорит другому: «Вот у Долгова были аранжировки!».

Наш Эллингтон


Вот что о Виталии Долгове рассказывает рижский джазовый критик Валерий Компан:

– Долгова мечтали заполучить к себе многие руководители ведущих биг-бэндов СССР. В конце 60-х Долгова пригласил в Москву Эдди Рознер, который решил из эстрадного оркестра создать первоклассный джаз-бэнд. И вот на концертах Рознера зазвучали композиции американских авторов в аранжировках Долгова. Позже Виталий создаст джазовый репертуар в Концертном оркестре Всесоюзного радио и телевидения Вадима Людвиковского, а затем долгие годы его уникальный творческий почерк будет определять лицо бэнда Олега Лундстрема. Одна за другой выходили грампластинки оркестра. Все аранжировки – Виталия Долгова.

Он был незаменим и потому востребован практически всеми джаз-оркестрами Союза. Все бэнды играли его аранжировки. И не случайно, именно к нему, 62-летнему музыканту, в 1999 году с предложением о совместной работе обратился лидер российского джаза Игорь Бутман. Идея создания джазового биг-бэнда вдохновила Долгова. И он стал музыкальным руководителем оркестра Бутмана. У Виталия открылось второе дыхание.

Началась реализация интереснейших проектов: концертов «Триумф джаза» с участием биг-бэнда Игоря и звезд американского джаза. С оркестром Бутмана Виталий выступал и на родине джаза, в Америке. И там творческое дарование Долгова высоко отметили критики, музыканты и просто любители джаза.

Приведу два примера. В 2003 году при подготовке совместного концерта двух биг-бэндов, Уинтона Марсалиса и Игоря Бутмана, на сцене Линкольн-центра в Нью-Йорке музыканты должны были выбрать лучшую аранжировку темы Бенни Голсона I Remember Сlifford. Рассматривались два варианта. Одна принадлежала перу легендарного американского композитора и аранжировщика Куинси Джонса, вторая – Виталию Долгову. Внимательно прослушав оба варианта, музыканты единодушно выбрали аранжировку Долгова. И второй удивительный факт: на одном из концертов в Нью-Йорке биг-бэнду Бутмана особенно горячо аплодировала одна афро-американская семья. В завершение выступление к сцене подошла женщина из этой семьи и передала Игорю записку с просьбой исполнить для ее сына композицию «Болеро». Сын слышал ее по нью-йоркскому радио в исполнении биг-бэнда Бутмана. Просьба чернокожей женщины к российскому оркестру на концерте в Америке исполнить композицию русского автора сразила всех музыкантов наповал. Ведь «Болеро» написал Виталий Долгов!

В апреле 2008 года, когда Игорь Бутман со своим биг-бэндом выступал на лиепайском джазовом фестивале Aile Jazz, он сказал: «Виталий Долгов вписал свое имя в джаз точно так же, как Гил Эванс, Тэд Джонс, Дюк Эллингтон…». И с ним нельзя не согласиться.

Публикация газеты «ЧАС»
Читайте также:
Конечно, это лишь начало многотрудной профессии. К тому же, как известно, хорошими артистами не рождаются, а становятся. Причем не сразу, а после упорной ...
Новый спектакль Рижского русского театр им. М. Чехова "Путники в ночи" имеет все шансы стать "народным" и любимым у нашего зрителя. Эта постановка — ...
Рига станет первым в Европе городом, где всемирно известный хореограф, основатель современного русского балета Борис Эйфман представит свой новый ...
В пятницу, 7 декабря, в Латвийской Национальной опере состоится премьера восстановленной оперы Джакомо Пуччини «Тоска». Та же сценография, те же костюмы ...
При поддержке меценатов Бориса и Инары Тетеревых Латвийская Национальная опера открывает обучающую программу «Академия ЛНО». Ее цель – обучить ...
Славяне – древнейший народ Европы и могут по праву гордиться своей историей
.