18 Декабря, Понедельник

В гостях у Эсмеральды

  • PDF

e7Старая Пиебалга осталась позади, и я еду, высматривая нужный мне поворот. А вот и он. Аллея, поднимающаяся в небо. Сарай. Собака. Она, по рассказам, должна быть большой, мудрой и доброй — так и оказалось.

Старинный дом на самом верху горки. Похож по описанию. В смысле похож на дом, который, по описанию, стоит тут с 1905 года.

Да, все правильно, на пороге уже стоит хозяйка, и она та самая, что мне нужна! Это дама с редким латышским именем Эсмералда. По–русски пишется Эсмеральда. Я ее буду называть так, как ее назвала мама. Имя это действительно дала доченьке матушка, прочитавшая роман Виктора Гюго и полюбившая его героиню.

Доченька с редким именем некогда прекрасно сыграла сверстницу Байбу в фильме Гунара Пиесиса «Вей, ветерок!». СССР был тогда большой, и вся эта большая страна разглядела и отметила явную удачу юной латышки, дав Эрмале приз всесоюзного кинофестиваля — за лучшее исполнение женской роли.

Эсмералда — известная актриса, но при этом из тех правильных женщин, которые прежде всего с неподдельным волнением спрашивают, не голоден ли путник, будто бы искренне подозревают, что он вот–вот обессилит и рухнет к их ногам… Я соврал, что не голоден (надо же начинать худеть!), но от кофе не отказался.

И начались очаровательные женские танцевальные па возле стола, сопровождаемые милым щебетом о том о сем… Эсмералда еще и киноактриса, она к камере привыкшая, а потому не обращала на мой фотоаппарат никакого внимания. При этом стол как–то заполнялся–заполнялся и таки заполнился. И сервировка его в итоге оказалась отнюдь не кофейной. Душевные порывы женщины непостижимы, как ни пытайся их постичь.

e2

— Ну вот, прошу к столу!..

Дальше был небольшой моноспектакль с названием «Как Эсмералда тут же отвлеклась, отвечая на негаданный телефонный звонок». Она говорила по телефону, включая все богатство свой мимики, а я тем временем продолжал снимать. И мы друг другу ничуть не мешали. Пока она говорила, я даже успел побродить, поснимать виды из окошек в доме. Мне захотелось представить, почувствовать, что через них видит городская женщина, живущая в старинном деревенском доме, ничем не отделанные деревянные стены которого прямо–таки излучают тепло домашнего уюта.

— Давай же пить кофе!

— Ах да, прости, отвлекся.

За кофе хозяйка стала объяснять, что это звонят и звонят по поводу билетов на спектакль «Латышская свадьба», который Эсмералда и группа актеров играют в старинной риге (сарае, где зерновые культуры обмолачивали), что в 15 км отсюда. Спектакль стал настолько популярен, что все билеты на него давно уже проданы. Начало в восемь вечера, заканчивается после десяти, но это никого не смущает, все потом весело разъезжаются в полных потемках по разным городам Латвии. Я слушал и с удовольствием смотрел еще один моноспектакль — «Рассказ о постановке в старой риге».

Потом, пока она по хозяйству хлопотала, я отснял кухонный мир старого дома, увековечил крохотный дверной засов, который по ночам охраняет сон и покой хозяйки, и древний–древний колокольчик у двери, извещающий о том, что кто–то пришел в гости. Большинству из этих вещей более 100 лет. Вещи, если их не губит рука человека, они вообще–то живучие. У моего деда в Псковской губернии в доме тоже были такие ветераны: утюги, чугунки, рубанки, коловороты, засовы, медогонка, безмен, гири и самовар — этот был и вовсе середины позапрошлого века.

Затем мы с Эсмералдой вышли на двор. Он красиво оформлен ею и заботливо ухожен. Ухаживает хозяйка одна, косит траву тоже сама. Это трудно, я знаю, но она виду не подает, что это такю, — она родом из крестьян, привыкла много трудиться, она молодчина. Вон пруд, в котором дама купается. Холода она не боится, закаленная. А вот это выращенная ею крупная белая смородина. Надо же, Эсмералда у нас еще и опытный селекционер!

Усадьба выходит в чисто поле. Никаких заборов. Простор аж до горизонта. И никого. Только аисты, которые прилетели и понатаскали веток в гнездо, как только друзья помогли хозяйке вкопать столб с колесом наверху… Перед расставанием хозяйка со своего холмистого подворья внимательно всмотрелась в линию горизонта. Я было подумал, что высматривает, будет ли дождь.

— Вон там, за лесом, видишь, где на горизонте самая высокая точка голубеет, — там Гайзинькалнс. До него отсюда по прямой 18 километров. Когда там стояла вышка, ее отсюда прекрасно было видно.

Я был на Гайзинькалнсе. Знавал двух его хозяек, говорил с ними. Рекомендовал им взорвать вышку — дряхлое и опасное кирпично–бетонное сооружение. Потом засыпать получившуюся кучу щебня землей, травку посадить. И тем самым неприметно довести высоту Гайзиньша с 311 до 318 метров. И стал бы он тогда самым высоким в Балтии, обогнав эстонскую гору Мунамяги. Хозяйки Гайзиньша над моим рассказом весело смеялись. Эсмералда тоже рассмеялась, потом посерьезнела и внимательно посмотрела на автора милитаристских проектов. Однако поздно уже: вышку год назад все же взорвали…

Попрощался я тепло с гостеприимной подругой моей Эсмералдой и поехал через прекрасную страну Пиебалгу домой в Ригу. Хозяйка, как это свойственно душевным людям, взгрустнула и долго махала мне вслед. Удивительно правильная и целостная женщина, которую ровно 40 лет тому назад девчонкой выбрали из нескольких тысяч — и она безукоризненно сыграла Байбу, став любимицей всей страны. Не зазналась потом девочка, не испортилась, достойно несет звание народной любимицы через всю жизнь.

Однако, если уж речь зашла о юбилее, то надо бы вспомнить еще об одном: ровно 100 лет тому назад, в 1913 году, великий латышский поэт и драматург Янис Райнис поставил точку в пьесе «Вей, ветерок!». Поставив точку, отложил перо, скрестил руки на груди и удовлетворенно посмотрел в окно, за которым расстилались гористые пейзажи прекрасной страны Швейцарии…

Читайте также:
Моя старшая дочь Диана вышла замуж за индуса и теперь живет в столице Индии, Дели. Уже 9 месяцев. Конечно, скучает. Поэтому я здесь. Живу в семье и вижу ...
Несмотря на то, что лето, традиционное время отпусков, уже завершилось, люди продолжают путешествовать, вовсе не желая отказывать себе в удовольствии ...
Кто раскроет тайну Ладака — "малого Тибета", спрятавшегося среди хребтов между Пакистаном и Китаем?
Город, о котором знают все — и никто
Амристар — "город богов", в котором на острове посреди пруда стоит легендарный храм из чистого золота Хармандир–Сахиб, и охраняют его вооруженные ...
Или кто–то, может, еще поспорит, что Индия — место на планете Земля? Те, кто убежден в этом, сильно ошибаются, ну или ездят по той Индии, что предлагают ...
.