18 Октября, Среда

На Киевских горах

  • PDF

10_kiev_1Совсем не случайно греческие монахи из города Патры отправили великую святыню — фрагменты креста, на котором был распят святой апостол Андрей Первозванный, на наши пространства именно в те дни, когда восточные славяне праздновали в Киеве 1025–летие крещения Руси.

Возращение апостола

Апостол Андрей уже бывал в Киеве — по преданию, которое скорее достоверное, проповедуя христианство на землях севернее Черного моря и поднимаясь вверх по Днепру, он дошел до места, где ныне раскинулся Киев. Встав на горе над величавым Днепром, где сейчас располагается Андреевская церковь, и, оглядев окрестности, ученик Христов изрек: «Здесь будет большой христианский город с множеством храмов и монастырей». Так оно и случилось. И колыбелью христианства для жителей Руси стал именно Киев.

А распят был святой апостол в Патре на так называемом динамическом косом кресте, потому что попросил своих мучителей, чтобы это был не такой крест, как у Христа. Главным корабельным кормовым флагом Российского военно–морского флота является Андреевский флаг. На нем изображен Андреевский крест, символизирующий распятие Андрея Первозванного. Теперь святой апостол символически прибыл в Киев во второй раз.

Близ Золотых ворот

Решение ехать созрело у меня мгновенно, за два дня до прибытия креста в Киев, хотя, как и что там будет, представления не имела. Ведь в Киеве ожидают множество гостей — президентов нескольких стран и посланцев поместных православных церквей со всего мира. Созвонилась с пресс–центром Украинской православной церкви, послала туда анкету — аккредитацию сделали, на удивление, быстро! Правда, что она дает и куда можно с ней пройти, было неясно, да и времени выяснять не было.

А о ночлеге не беспокоилась — две задушевные подруги юности обычно готовы были принять меня в любую минуту. Но без искушений приблизиться к ТАКИМ святыням не получится. Вот и оказалось, что одной приятельнице подкинули двух маленьких внуков, а другая укатила на неделю в Италию.

Ну что же, в Киеве море недорогих хостелов — один из них, на улице Обсерваторной, в уютном тихом центре украинской столицы, стал моим приютом на два дня.

Направляясь от станции метро «Золотые ворота» на улицу Обсерваторную, с удивлением обнаружила, что на ведущей туда центральной улице Ярославов вал есть музеи и галереи, множество изысканных кафе и бутиков, но совершенно разбитые тротуары. Мой чемодан на колесиках в полной мере ощутил на себе всю прелесть выбоин, позднейших «наслоений», провалов и прочих неожиданных загородок тротуарного асфальта, так что приходилось идти по мостовой, обочины которой были сплошь уставлены машинами. Их киевляне расставляют беззастенчиво где попало, совершенно не думая о том, как же людям проходить, выходить из домов, переходить дорогу и т. п. Что и говорить — все это сплошь были выпендрежные машины лучших марок и последних образцов. И откуда только у моих соплеменников–украинцев такая страсть к показухе!

А вот в хостеле столкнулась с совершенно другими людьми. Поселили меня в одной комнате с замечательными девчонками — одна, Маша, окончила в Кривом Роге педуниверситет и приехала «покорять столицу». «Надо же с чего–то начинать», — сказала юная умница. Сейчас работает в рейтинговом агентстве и пока живет в хостеле, но собираются с подругой снять квартиру.

Мама Маши работает в церкви, так что девушка, узнав, что я хочу побывать у креста апостола Андрея, тут же загорелась: «Возьмите и меня с собой!». А на мое замечание о том, что без аккредитации могут и не пустить, мудро заметила: «Господь управит». И в самом деле управил!

И ее товарка по номеру, Саша из Екатеринбурга, тоже захотела пойти с нами. Она уже девушка взрослая, психолог по образованию, осваивает работу в кино, растит 13–летнюю дочку. Ее бывший муж, кинодеятель — племянник Маргариты Тереховой, которая в их дочке души не чает. Так что берет с собой отдыхать на море. А Саша приехала в Киев к пожилым родственникам, которых очень давно не видела. А старички приказали долго жить…

Так и отправились втроем: девчонки нарядились в длинные юбки, взяли платочки. Я летела в Киево–Печерскую лавру, где вечером ждали прибытия креста, как на крыльях, и все время подгоняла моих спутниц.

Встреча с колоколом

Всякой и всяческой охраны по городу в эти три праздничных дня было видимо–невидимо. Киевляне говорили, что всего несли вахту 3500 служителей милиции, службы безопасности и отряда спецназначения «Беркут». Одни были в черной форме, другие — в голубой, и третьи просто в цивильных костюмах–двойках.

Мне показалось, что все было очень корректно. У входа в лавру за три часа до торжественного события работали три пропускных пункта. Я прошла по входу для прессы, а девочки — по другим. Многочисленная охрана проверила сумки и попросила сделать глоток из бутылки с водой. Не тронула мою булочку, только поинтересовалась, что это.

..А хлеб никто не отнимал!

А вот народ после того судачил, что, мол, у людей отнимали хлеб, припасенный с собой (ждать–то ведь долго!) и выливали воду на землю. Ответственно заявляю: не было такого! Ни на одном пропускном пункте!

Да много еще было таких злопыханий — уж не знаю, почему. Вроде общее наше родное православие, общая Киевская Русь, одна вера и славянское генетическое происхождение. Зачем разделяться?.. Но даже под Владимирской горкой, где на следующий день проходило торжественное богослужение, которое проводил святейший Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл, где были президенты Украины, России, Сербии и Молдавии, представители 26 поместных церквей, стояли две обособленных группки митингующих. Одни — «Народный собор Украины» — держали плакаты и скандировали лозунги: «Кирилл — наш патриарх!», а другие — приверженцы партии «Свобода» выкрикивали: «Ганьба московським!» — «Позор московским!». А потом я от нескольких людей слышала одну и ту же фразу (видимо, пустили умело слухи!), мол, только Гитлер и Муссолини приезжали в Киев в бронированном вагоне. И так же прибыл на Киевский вокзал патриарх Кирилл.

Так ведь потому и в бронированном (не знаю, не проверяла, так ли), что везли они с собой величайшую святыню христиан, крест Андрея Первозванного. Мало ли что может случиться! А перед греками потом как оправдываться?

Скажу только, что, затесавшись в гущу народную во дворе Киево–Печерской лавры, у высокой колокольни, видела и чувствовала и воодушевление людей, и тихое умиротворение, и радость. Тихонько перебрасывались фразами, интересовались друг у друга по–простецки: «Крест помогает в чем? Что просить у апостола?..», покупали иконки и небольшие кресты, которые собирались приложить к Андреевскому кресту — ими торговали тут же, во дворике.

Прямо во дворе вывесили громадный старинный колокол, в который ударял, наваливаясь всем телом на язык и раскачивая веревку, интеллигентного вида смуглый человек. Удары были глухие и глубокие, но редкие, а ближе к назначенному часу становились все чаще. От этих мерных, как будто из глубины веков, от наших предков идущих звуков мороз пробирал по коже.

10_kiev_2

У креста

Народ выстроился по обеим сторонам Лаврской аллеи, в первом ряду — батюшки со всей Украины. Один молодой батюшка все время распоряжался и без конца поправлял строй своих собратьев — аж надоел. Но священники смиренно сносили команды и только отвечали на телефонные звонки мобильников, спрятанных в глубоких карманах ряс. Ах, как любят мои земляки поговорить по мобильнику, хлебом не корми!

Но батюшки говорили все по делу: звонили прихожане, интересовались, когда служба. Один другому жаловался, что, мол, организовал новый приход в одном районе Киева — подвижник, но боится, что его не сегодня–завтра прикроют, помещение–то кому–то принадлежит!

Но вот удары колокола стали звучать все чаще и перед нами возник застекленный косой Андреевский крест. Его несла большая делегация духовенства. Сами по себе пролились слезы… Но когда патриарх Кирилл прошел следом, по обеим сторонам аллеи встала охрана, которая не давала благословляющей руке святейшего дотянуться до верующих.

По рижскому образцу

А потом у креста, унесенного в Трапезный храм, у стен которого упокоился Аркадий Столыпин, служили молебен. Народ притих, но когда стали пускать людей прикладываться, в очереди начались неразбериха, толкотня, крики и обиды. Море распоряжающихся людей в костюмах вместе с батюшками два часа не могли выстроить людей, чтобы все было чинно, мирно и спокойно.

А я стала громко рассказывать о нашем рижском опыте, когда к Тихвинской иконе Пресвятой Богородицы 40 000 человек прошли спокойно и без шума. Просто по обеим сторонам очереди встали батюшки, которые выстраивали людей у входа в Христорождественский по парам — и все было чинно–благородно. То ли послушались меня, то ли здравый смысл возобладал, но нас тоже быстренько выстроили, и не двигавшаяся два часа очередь побежала ручейком в храм. Так что вернулись мы в хостел не очень поздно — сразу после полуночи, еще ходили метро и троллейбусы, работа которых была продлена в эти праздничные дни.

Над Днепром, у Владимира

10_kiev_3Но труднее всего было попасть на Владимирскую горку. Саша и Маша тоже было пошли со мной, но не тут–то было. Оцепление было тройным, и я пыталась пройти вместе с коллегами из Москвы — журналистами пресс–службы Московского патриархата. Я им помогала сориентироваться в Киеве, но они меня оттеснили, сказав, что просят пропуска только на троих, а я тут ни при чем. Недружественный жест!

Но меня провел один старенький дьякон — с ним рядом я стояла в очереди, которому неожиданно принесли два пропуска. Ох, и красиво же было на Владимирской горке! Вид на Днепр от подножия величественного памятника Святому князю Владимиру, чей день праздновался тоже, открывался захватывающий.

Виктор Янукович, Владимир Путин, президент Сербии Томислав Николич и Молдавии — Николае Тимофти стояли рядом с представителями поместных православных церквей — из египетской Александрии, Иерусалима, Грузии, Болгарии, Сербии, Варшавы, Вашингтона и других уголков земли.

Звучало песнопение Всем святым, в земле Русской просиявшей. Конечно, имелись в виду святые Святой Руси, которая называлась «Русськая земля». «Святой равноапостольный княже Владимире, моли Бога о нас!». «Да не поколеблется Русь святая!» — провозглашали святейший патриарх Кирилл и блаженнейший митрополит Владимир, предстоятель Украинской православной церкви.

Обратившись ко всем собравшимся, святейший сказал, что «для всех народов, принявших крещение в святой днепровской купели, это великий день. Владимирская горка — символ нашего общего духовного истока, символ духовных ценностей, которые мы приняли вместе с крещением. Святой князь Владимир совершил не только человеческий подвиг — он отдал все, что имел, чтобы обрести новую духовную доминанту — божью правду. Мы увидели, какая метаморфоза произошла с бывшим язычником–князем, который прежде чинил беспредел во всем. Он преобразился, когда стал Владимир Красное Солнышко, как его назвал народ.

Русь многого лишалась, но потом много и приобретала. Потому что духовная доминанта народа была высока — не зря Русь называли святой. Этот великий идеал был включен в нашу культуру, и даже когда люди сомневались в вере, православие было в центре поисков философской мысли и нашей литературы».

А внизу шумел Крещатик, и многим не было дела до великого праздника. Даже на больших застекленных плакатах «Поздравляем с 1025–летием крещения Руси!» кое–где поверху было приписано ехидно «России». Но на крестный ход по Киеву на следующий день вышли тысячи людей — добрый знак!

Читайте также:
В советское время на изучение родного языка отводилось десять часов в неделю, а сейчас — пять
Старинное русское слово "сретение" означает встречу. Кто и кого встретил в этот день — 15 февраля? Праведному старцу Симеону Богоприимцу, который жил 300 ...
Храм Святого Иоанна Крестителя в Фейманях, что в 35 км от Резекне и на таком же расстоянии от Аглоны, внесен в список Европейского культурного наследия ...
Чудесная традиция водосвятного молебна на Даугаве и крещенского купания в реке, возобновленная с 1920–х, уже третий год подряд привлекает множество ...
В этом году Рождество Христово и Святки, которые продолжаются до Крещения Господня, 19 января, отмечаются особенно торжественно и ярко.
Пoразительно, но сведений о нем не нашли даже в Латвийском национальном архиве
.