18 Ноября, Суббота

Повседневная катастрофа

  • PDF

01_martinshCпециалист в области медицины катастроф Мартиньш Шицс об уроках трагедии в Золитуде

Вообще–то специалист такого уровня, как Шицс, должен бы в данное время трудиться в составе какой–то ответственнейшей комиссии — анализировать опыт спасательных работ при обрушении «Максимы», делать выводы на будущее. Но он нынче отстранен от работы. Пока временно. За то, что обнародовал списки погибших.

Время быстрых решений

Мартиньш Шицс в медицине почти полвека. Больше 30 лет отработал врачом–реаниматологом, много лет руководил Центром медицины катастроф, работал в горячих точках, спасая пострадавших от терактов, землетрясений. Рассказывать об этом не любит.

В остальном он искренне открыт миру. Говорит, своими руками спас около 10 тысяч человек. К сожалению, несколько тысяч на этом свете ему удержать не удалось — реанимация есть реанимация. К смерти даже с его специальностью человек привыкнуть не может. Не может врач быть и вместо Бога.

— Списки погибших передал и не жалею, — комментирует суть своего «проступка» Шицс, отстраненный на 30 дней от должности замдиректора Службы неотложной помощи. Но уточняет: — Передал не журналистам, а Международной организации общественного добра, которая уже несколько лет трудится в Латвии и специализируется на поисках погибших и публикации их имен. В этой организации собраны далеко не случайные люди, а профессионалы, от них мне звонил президент общества юристов Айвар Боровков.

Они по разным каналам сверяли информацию, многократно ее перепроверяя. К тому времени я уже собирался обращаться к премьеру, так много было запросов о погибших — от департамента благосостояния РД, от посольств, от родственников пропавших людей. И я вовсе не уверен, что закон запрещает обнародовать имена. Наоборот, гласность тут нужна хотя бы для того, чтобы мошенники не смогли воспользоваться документами погибших.

Тратить время на межведомственную внутреннюю переписку, когда каждая минута на счету, было просто некогда. Вопросы ведь какого плана возникали? Людей, вытащенных из–под завалов и привезенных скорыми в больницы, те не принимали без предварительной уплаты пациентского взноса. Но это удалось быстро уладить, кстати, при помощи прессы — помогло решение премьера.

А про штаб — забыли!

А как в других государствах — там тоже не разглашают имен погибших? Мартиньш Шицс показывает на примерах. Допустим, Россия сразу же обнародует список жертв в СМИ. В Израиле по горячим следам это делают общественные организации, предупреждая, что это предварительные данные, а окончательные, официальные, государство публикует через 3–4 дня. Иначе, если начать скрывать информацию от общества, даже имена погибших спасателей в Золитуде нельзя было бы называть.

— У нас еще идет дискуссия о том, как быть со списками пострадавших — можно ли предавать гласности их диагнозы и место нахождения. Лично я считаю, что нужно. Во–первых, это поможет родственникам (в том числе и находящимся за границей) найти их, во–вторых, предотвратит мошенничество — мало ли кто захочет воспользоваться их документами.

По идее, говорит Шицс, в Латвии все эти вопросы не должны бы быть проблемой. Ведь еще в 1999 году наши медики вместе с полицейскими, спасателями и даже несколькими депутатами самоуправлений при помощи шведов обучались организации работ по ликвидации последствий возможных катастроф.

Обучались 30 человек, которые полученные знания потом распространяли дальше среди своих коллег. И все как будто бы к разного рода ЧП были готовы, но как только оно грянуло, не исполнили даже главного — не создали комиссию по чрезвычайным ситуациям, что подробно прописано в Гражданском законе.

В итоге к месту трагедии по отдельности приезжали все руководители Латвии и Риги, решали отдельные задачи типа куда удобнее подогнать кран, но не сделали главного — не создали штаб из специалистов, куда стекалась бы вся информация и откуда она бы расходилась потом по разным ведомствам — в правительство, в посольства, в больницы, в прессу…

05_spasatel

Люди дела

— Почему не создали комиссию — я не понимаю, — признается Шицс, бывший одним из организаторов тех подготовительных отрядов конца 1990–х. — Очевидно, спешили. Нет, спасатели, полицейские и медики работали слаженно, ведь они ежедневно трудятся бок о бок, а вот состав самоуправлений меняется каждые 3–4 года. Видимо, местные руководители делиться знаниями просто не успевают.

Зато хорошо показали себя общественные организации — кризисный центр «Скалбе», Красный Крест, Ziedot.lv. Каждая из них знала, что делать на месте трагедии, и занималась своим конкретным делом. Одни раздавали горячий чай, одеяла, другие оказывали психологическую помощь, третьи собирали пожертвования, четвертые устанавливали имена погибших и пострадавших, хотя о содействии неправительсвенных организаций при ликвидации последствий катастроф в законе нет ни слова, и это, как теперь видно, явная недоработка.

У медицины тоже не было абсолютно никаких проблем. Ежедневно рижские больницы принимают около сотни больных, поэтому справиться с тремя десятками пострадавших им было несложно. Другое дело, что страх, который за эти дни впитали тысячи наших людей, выльется в будущем. Сколько из–за этого случится инфарктов, инсультов, какие болезни спровоцирует этот стресс… Незамеченным это событие для человеческого организма наверняка не останется.

Просто нас Бог бережёт

На взгляд гражданского человека, катастрофа в Золитуде — происшествие исключительного масштаба. И только немногие специалисты знают, как часто Латвия была на волосок от беды.

— Нас однозначно милует Бог, — уверен Мартиньш Шицс. — Аварии, в которых могли пострадать десятки и даже сотни человек, проходили в самых благополучных формах. Взять паром, севший на мель несколько лет назад, — 700 человек сняли с борта! А могло быть как с «Эстонией». А четыре года назад крупный бензовоз с прицепом в дикую жару при страшной пробке ехал по Вантовому мосту с открытым краном. Достаточно было кому–то бросить окурок, и сгоревших машин были бы десятки! Поэтому, не снимая вины с «Максимы» за то, что там не провели своевременную эвакуацию, я считаю, нас и тут Бог пощадил. Хотя бы потому, что ни один ребенок не погиб.

А вот что вредит Латвии, по Шицсу, так это бюрократия в ее худшем смысле и слепое подчинение чиновников инструкциям. По признаниям российских спасателей, не принимай они мгновенных решений соответственно моменту, пусть даже вразрез с правилами, они б спасали людей на 20, а то и на 30 процентов меньше. А у нас обнародовал Шицс список погибших — месяц идет расследование! Так рьяно бы причины катастрофы искали. Вот он, наш бюрократический менталитет. Ведомства могут рассматривать вопросы год–два, ничего не решая. И все по правилам, а реультата нет. И никого не волнует, что за бумагами стоят человеческие судьбы.

— Беда наша — буквоедство, — говорит Шицс. — Мы давно забыли, что значит дух закона, ради чего он создан. Нашему чиновнику сначала нужно долго объяснять, что, кому и зачем от него нужно, потом он будет долго отписываться, почему не может этого сделать. Я много лет занимался альпинизмом. Так вот все, что мне нужно было знать в горах: цель, маршрут и правила. И никаких инструкций, где и когда за какой камень цепляться, иначе ни одной вершины не достигнешь. В реанимации ты должен мгновенно принимать решения, от которых напрямую зависит жизнь пациента. У нашей бюрократии, если человек бросится спасать тонущего ребенка, с него потребуют справку: а имел ли он право прикасаться к чужому ребенку? У нас защищен нападающий, а не пострадавший.

05_chel

Территория кошмара

До 2007 года в Латвии действовал подготовленный отряд специалистов быстрого реагирования, который позже слился со Службой неотложной помощи. Шицс тогда из руководителя Центра медицины катастроф стал замом руководителя неотложки. Рассказывает, как боролся тогда за введение единого телефона 112. Обосновывал, что так удастся оказать помощь большему числу людей, спасти больше жизней. Его тогда просили представить список умерших, которые пострадали от того, что помощи такой не дождались. А сколько боролись за отражатели на одежде, за детские сиденья в машинах!

— У нас ведь почему в Золитуде так слаженно работали спасатели, полицейские и медики — практика у них, к несчастью, огромнейшая, — объясняет он. — Дорожно–транспортных происшествий множество. Еще недавно их было 6 тысяч в год при 600 погибших! Сейчас эта страшная цифра снизилась до 200, но все равно в целом наша жизнь — это повседневная катастрофа. Поэтому каждый год мы обучаем по 25 человек, чтоб вся страна была покрыта сетью адекватных специалистов. Каждые 5 лет бригады скорой помощи проходят переквалификацию — над созданием такой системы мы много лет работали.

Каждый погибший обходится Латвии в общей сложности в полмиллиона евро. Это выплаченные пособия родным, недополученные от него налоги, некупленные им продукты, вещи… Дешевле человека спасти. Даже если одна лучшая машина скорой со всем персоналом будет три года стоять и только один раз выедет на вызов и спасет человека, она уже окупится. Потому что простой стоит всего 150 тысяч, жизнь человеческая втрое дороже.

Потому, объясняет Шицс, пришло время закупить 2–3 чисто медицинских вертолета. Чтоб не просто перевозить тяжелых больных из труднодоступных мест, но и успевать более качественно помогать им: кому–то удастся спасти жизнь, кто–то не станет инвалидом…

Напоследок интересуюсь, как доктор Шицс в мирной жизни распоряжается энергией, которая в нем явно бурлит, — в реанимации он уже не работает, в горячие точки не ездит, в горы не ходит.

— Путешествия мне помогают сбрасывать излишки энергии, — признается он. — Еду к черту на куличики непривычными маршрутами. Из последнего — был в Йемене, в Судане, в Пакистане. Ну да, немножко пощекотать нервы. Но главное, там можно понять, как мало нужно человеку для того, чтоб быть счастливым. Вода и еда — этого достаточно. Возвращаюсь сюда, в богом хранимую землю, где нет ни землетрясений, ни паводков, ни цунами, и удивляюсь тому, как мы сами себе на ровном месте строим преграды к счастью. А жизнь свою не строим. Все ждем, пока это сделает кто–то за нас. Вот ее и строят за нас бюрократы.

Цифры

Каждый погибший обходится Латвии в общей сложности в полмиллиона евро. Годовой простой самой современной кареты сокрой помощи — всего 150 тысяч.

Читайте также:
Среди ее клиентов — известные актеры, телеведущие и другие знаменитости
Наши школы выжили и в более суровые времена
Психолог, экономист–теоретик и предприниматель–практик Игорь Волдемарович Злотников возглавляет Балтийский институт стратегических исследований ...
С 6 по 8 февраля 2014 года в Риге пройдет форум специалистов туристической отрасли Balttour, в котором будут участвовать свыше 350 профессионалов из более чем 15 ...
Соотечественнику в страну–соседку никто двери не закрывает!
Знайте и гордитесь: именно Латвия распахнула дверь в политику перед прекрасной половиной человечества — в 1905 году на выборах латвийских ...
.